Мои побуждения к переезду в тайгу - в глухую деревню.

Впервые я попала в северные районы России в подростковом возрасте, что-то около 13 лет мне было. Приехала в Москву с родителями по частному делу.

Помню, что пока ехали, плыла за стеклами вагона золотая русская осень. Стояли первые числа сентября. Оторвать меня от окна было невозможно: безкрайние дали расстилались передо мной, небо непривычного, бирюзового цвета – поэты говорят «лазоревого» - было невыносимо нежным, так, что щемило сердце. Кое-где белели вдали серые селения с бело-цветными церквушками: сочно-синие или золоченные луковки куполов, сверкавшие в лучах заходящего солнца, казались небольших размеров, совсем не по-византийски, но так красивы! Утром поезд промчался мимо березовой рощи, и я увидела их - почти в обхват белоснежные с черными отметинами стволы с трепещущей мелкой ярко-желтой листвой. Стройные серьезные красавцы и красавицы в светлой своей обители пронеслись мимо меня, окутанные прозрачным золотистым сиянием. Как такое забудешь?

К тому же, мне понравилась Москва. Да-да, грязная, отчужденная от инородцев, но ими же заполненная, холодная Москва приоткрыла свои древние очи, и я увидела их красоту, усталость и величие. Нечего говорить, что в первый же месяц я побывала во многих культовых местах, храмах и парках мегаполиса, кроме мавзолея на Красной, который уже тогда органически не переносила. Что-то было с ним не так, чего я не могла тогда сформулировать, поэтому я даже в сторону его не глядела. Зато уж спектаклей креативно-авангардных в исполнении студентов театральных училищ насмотрелась – будь здоров! То же и с музыкальной молодежью, и с художниками вышло. В общем, было, что вспомнить с приятностью!

Мне повезло и в последующие мои поездки на север, уже давно подготовленные рассказами отца и матери о детстве и юности.

В эти поездки я поняла, что мы, южане, совсем другие по своим манерам, нежели северяне. Более улыбчивы и быстры, менее устойчивы и упрямы. Во всяком случае, мои воспоминания о северной Руси оказались самыми приятными, настолько, что я начала читать литературу сибирских писателей, смотреть фильмы о северной жизни в тайге , как европейской, так и сибирской, уральские рассказы и историю, предания русского Севера, Поморья. Воспоминания мамы подогревали мой интерес.

Прошло время, довольно ощутимое количество лет. Ситуация в мире то становилась напряженной, то идиотской, то вызывающей…м..м..как минимум, задумчивость. Жизнь научила поступать по известной поговорке «не клади все яблоки в одну корзину». Или в поговорке говорилось о яйцах? Не важно ))

Я просто подумала, что помимо основного места проживания неплохо бы иметь своего рода «Мальвиль» или «Джокервиль» - кому как привычно называть свой загородный домик )

 

Нет-нет, я на тот период не пополнила собою славные ряды выживальщиков – сурвивализм и сурвивалисты, всякого рода «выживальщики» с их схронами   не казались мне архимудрыми людьми. Да и до сих пор думаю, что ядреные батоны не будут задействованы в качестве главных аргументов в настоящих и будущих военных конфликтах. Хоть и не исключаю этого. Ну, а тогда… Просто хотелось покоя и свободы от человеческой суеты, от родных в прошлом людей, ставших вдруг чужими.

В приморском курортном городе покоя было днем с огнем не сыскать, учитывая то, что помимо отдыхающих в летний период, вокруг располагались многочисленные военные части. Кавказские вершины тоже не привлекали ввиду непредсказуемости горского характера. Мне была по душе Русь.

И я обсудила свои мысли со знатным бродягой – моим двоюродным братом Мартом.

Март – мой ровесник и давно уж проводит не менее пяти-шести месяцев в году в таежных дебрях, знает много интересных людей, дружит с некоторыми из них: северная специфика ему не в новинку. Конечно, о нем ходят невероятные слухи (надеюсь, враки), заставляющие его бедную маму, а мою тетку, нервно и горячо креститься, молясь за своего сорвиголову.

Сколько раз мне приходилось утешать тетю Лизу, обещая (непонятно, с каких таких помидоров, я и сама не была уверена в своих словах!), что вот, не позднее этой недели, самое крайнее – в следующий вторник, ее любимая «пропажа», ее драгоценность, ее великовозрастный сыночек, непременно найдется! Учитывая, что обычно к подобным моментам от мартовского бродяги уже пару месяцев не было вообще никаких вестей, мои обещания выглядели крайне рискованными!

Но у Марта оказывались на редкость чувствительными вибриссы ( или что там у него чувствительного? ))) – он звонил с опозданием максимум на день в соответствии с моими обещаниями. Правда, звонил не всегда маме ))) Но тетя Лиза была довольна и тем, что объявился-не запылился! Ей всегда сообщали сразу друзья-приятели-подружки моего братца, а она всегда была уверена, что уж ее сильный и большой сыночек как-нибудь сладит со своими собаками-лодками-заимками и прочими игрушками! И успокаивалась ))

Мы с Мартом понимали друг друга порою без слов, но иногда даже длинные диалоги не приводили к согласию. Время от времени мне одновременно хотелось его расцеловать и стукнуть хорошенько! Полагаю, у него ко мне возникало аналогичное нечто… )))

Но он отыскал мне знатное местечко! Прежде, чем описать его, необходимо сказать о критериях отбора .

Да! Это второй важный вопрос, на который следует ответить любому уважающему себя переселенцу из городских коробок в деревенскую ширь: каким условиям должно отвечать место вашего будущего жительства ?

Нет необходимости доказывать, что цель диктует и критерии. Всегда следует это понимать.